![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Посмотрел я тут передачу “Своя колея”. Ко дню рождения Высоцкого. Полнейший фарс, но я сейчас не об этом.
В ходе передачи Кобзон рассказывает, как однажды Высоцкий предложил ему купить у него песню, типа, деньги были очень нужны. Деньги Кобзон ему дал, а балладу разучил и даже иногда исполнял. И дальше он говорит буквально следующее: “Это было в 74-75 годах. И потом я разучил эту песню. Её никто не пел. Я никогда её не слышал ни в чьём исполнении. И я её исполнил один раз, в Театр Эстрады пригласил Володю. Он приехал, послушал, сказал: “Ничего, старик, пой на здоровье”. И уехал. “Ничего” – это было комплиментом.”
Речь идёт о “Балладе о брошенном корабле”.
Ну ладно, положим, Кобзон действительно мог никогда не слышать эту песню ни в чьём исполнении. Но чем думали редакторы передачи, когда этот кусок в неё включили? Натурально же, у не знакомых с предметом обсуждения зрителей создаётся впечатление, что эту песню никто, кроме Кобзона, никогда не исполнял.
Между тем, существует как минимум три записи её в исполнении самого Высоцкого: в записях Константина Мустафиди, в сопровождении ансамбля “Мелодия”, в записи мексиканского телевидения. И все эти “друзья Высоцкого”, участвовавшие в передаче, и в первую очередь Золотухин, об этом не знать не могли. Но Кобзона никто не поправил.
Собственно, Розенбаум уже всё сказал по этому поводу.
“А как помер соловей с криком ”Падлы вы!”
Так слетелись воробьи — гарь лампадная.
Порасселся на шестках гость непрошеный
На поминках поклевать хлеба крошево”
Оригинал этой записи. Комментировать можно тут или там.